Кого имеет ли право упрекать "Бесприданница"? В чём её моральное право?

Немножко странный вопрос, не то юридический, не то "бытовой". Но, полагаю, в первую очередь следует рассмотреть чисто юридическую сторону.

1. Про "право упрекать".

Отдельно никакого "права на упрёки" не существует. Упрёк, это высказывание своего негативного мнения о чьих-то действиях(бездействиях). Поэтому хоть бесприданница, хоть любой другой может высказать упрёк кому угодно. Главное, что бы это было сформулировано именно, как мнение, поскольку реальность от этого мнения может существенно отличаться.

В данном случае Лариса-бесприданница может найти основания упрекать любого другого персонажа пьессы: и бывшего жениха(за желание жениться на богатой), и другого жениха (за бедность) и собственную мать (за то, что приданным не обеспечила) и всё окружение (за безразличие к её проблемам).

Так, что "пар спустить" есть куда ).

1. Про "моральное право".

А вот такого права нет. И никогда не было. И не будет. Это - чисто словесная манипуляторская конструкция, искусственно созданная теми, кто живёт по принципу "Если нельзя, но очень хочется, значит можно". И, что бы убедить общество в этом "можно" они начинают кричать о неком "моральном праве", под которое подводят все свои хотелки.

Так что, никакого "морального права" у Ларисы не было и быть не могло.

Основные "претензии" пьесы Островского "Бесприданница" - к сословному обществу, в котором все "расписано" - кто на что имеет право претендовать в жизни, а кто - не имеет.

Так, Карандышев случайно "затесался" в светскую компанию, где ему, по мнению того самого "общества", не место. И совсем нехорошо, что Лариса Огудалова решила выйти за него замуж.

Но парадокс - сама Лариса никому из этого "общества" в качестве добропорядочной супруги, невесты не нужна. Она тоже, несмотря на "благородство" семьи, не имеет права рассчитывать на хорошую партию, потому что обществом "положено", что бесприданница, каковой и является Огудалова, может быть лишь любовницей, "вещью", объектом без души, которым могут пользоваться "полноценные" господа.

В этом и "упрекает" пьеса, ее автор. И в этом ее моральное право.

Такие произведения показывали все несовершенство, даже уродство общественного устройства. В результате все шло к обществу справедливости, которое пытались построить после 1917 года. Но вот не хватило запала, ума и сил, чтобы довести проект до конца.

Те же Кнуровы, Вожеватовы и Паратовы, только нового разлива и в гораздо более худшем исполнении, вернулись и торгуют всем, что приносит прибыль. Они, увы, гораздо более далеки от народа, чем герои Бесприданницы, которых "упрекает" пьеса.